.RU

Доклад на ix Международной научной конференции "Модернизация экономики и глобализация"


Доклад на IX Международной научной конференции "Модернизация экономики и глобализация"


Экономическая зависимость и

её экономико-правовое значение1


К. Ю. Тотьев,

кандидат юридических наук,

профессор ГУ-ВШЭ

E-mail: tku71@mail.ru


1. Базовые проблемные ситуации


Понятие «экономическая зависимость», которое обозначено в качестве темы настоящего доклада, прямо не используется в действующем российском Федеральном законе от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции»2 (далее – Закон о защите конкуренции), а также в европейских и американских законодательных актах о конкуренции. Однако именно это понятие служит идейной и ценностной основой современного конкурентного права и в силу этого незримым образом пронизывает основные положения всех перечисленных документов. В связи с этим возникает как минимум четыре проблемные ситуации:

1) Почему конкурентное право опирается именно на идею экономической зависимости, рожденную в недрах экономической науки?

2) Воспринимает ли конкурентное право эту идеи в неизменном виде или оно привносит что-то своё специфически юридическое в нормативное закрепление данной идеи?

3) Каким образом учитывается эта идея законодателем с точки зрения юридической техники?

4) Как данная идея влияет на статус субъектов экономической деятельности в рамках конкурентного права? Этот последний вопрос затрагивается нами лишь в той степени, в какой он влияет на предыдущие аспекты рассматриваемой темы.

Итак, в данном докладе мною предлагаются свои варианты ответов на эти вопросы, возникшие в результате сравнения отечественного и европейского законодательства о конкуренции.


^ 2. Экономическая зависимость одних

как отражение экономической власти других


В экономике проблема экономической зависимости – это зеркальное отражение вопроса об экономической (рыночной) власти. Экономическая зависимость (отсутствие свободы действий) с точки зрения причинно-следственных связей производна от рыночной власти и является её противоположностью3. А с позиции логики эта категория носит относительный характер, поскольку экономическая власть одного субъекта означает экономическую зависимость от этой власти другого лица4. Рассматривая рыночную власть, неизбежно приходится вести речь и о вопросах экономической зависимости.

Обычно под рыночной властью принято понимать способность хозяйствующего субъекта или действующих совместно нескольких субъектов поднять цену сверх конкурентного уровня без быстрой потери значительного объема продаж, уменьшение которых делает рост цены нерентабельным и подлежащим отмене5. Такое экономическое понимание рыночной власти носит практически универсальный характер, поскольку оно свойственно и для европейского, и для американского подходов к регулированию конкуренции.

Конечно, экономическая среда порождает самые разнообразные формы зависимости и контроля одних субъектов другими. Но институт рыночной конкуренции затрагивается лишь частной властью крупных хозяйственных и общественных структур. Именно эта власть и составляет угрозу для рыночной конкуренции, не меньшую чем избыточное государственное принуждение. Концентрация частной экономической власти может достичь такого уровня, который позволит её обладателю навязывать свои решения другим участникам рыночного взаимодействия, то есть принимать экономические решения вместо них. В результате все основные экономические функции конкуренции как института будут подавлены или искажены.

В такой ситуации конкуренция не сможет эффективно выполнять регулирующую функцию и направлять экономические факторы в те сфере, где в них существует наибольшая потребность, и где они могут быть использованы с максимальной эффективностью. Предприниматели, обладающие частной экономической властью, не будут испытывать необходимости выпускать именно те товары, в которых нуждается потребитель. Кроме того, такие предприниматели не мотивируются производить наилучшую по качеству и цене продукцию и снижать издержки производства. Под угрозу будет поставлена и распределительная функция конкуренции, которая позволяет перераспределять доход в пользу наиболее продуктивных предпринимателей, использующих свои финансовые, трудовые и иные экономические ресурсы максимально эффективно.

Поэтому экономисты, чьи взгляды лежат в основе современного европейского конкурентного (картельного) права (прежде всего, представители немецкой «фрайбургской школы» – Франц Бём и Вальтер Ойкен)6, считали частную экономическую власть не менее опасной для экономики, чем власть государственную. В этой связи они так расставили приоритеты в области рыночных структур: «частичная монополия лучше монополии, олигополия лучше монополии и частичной монополии, а частичная олигополия лучше всех упомянутых выше форм рынка»7. Для обеспечения этих приоритетов необходимо создать ограничения и тем самым «исключить или минимизировать влияние на процесс ценообразования, оказываемое всеми видами зависимости, будь то зависимость чисто личная, внутригрупповая или специфически общественная»8. Именно такая задача ставится перед конкурентным правом и антимонопольным органом.

Итак, конкурентное право опирается на идею экономической власти и зависимости в связи с тем, что такая экономическая власть угрожает главному объекту защиты конкурентного права – конкуренции автономных субъектов рынка. Но если регулирование и контроль экономической власти и зависимости так важны для самих участников рынка (а перечисленные функции конкуренции свидетельствуют именно об этом), то возникает вопрос: почему такое регулирование нельзя вести с помощью традиционных и апробированных столетиями инструментов гражданского права?

Конечно, современное гражданское право учитывает и регулирует зависимость субъектов рыночных отношений. Но важно обратить внимание на то, как и зачем оно это делает. Например, в ст. 106 ГК РФ прямо упоминается зависимость одного хозяйственного общества от другого. Условием такой зависимости служит обладание более двадцатью процентами голосующих акций акционерного общества или двадцати процентов уставного капитала общества с ограниченной ответственностью. Поэтому рассматриваемая зависимость приравнивается иногда к правовому статусу субъекта9, чтобы подчеркнуть юридическое содержание (а не только функции) такой зависимости. Напротив, в конкурентном праве акцент делается не столько на юридической (понятие «группа лиц»), сколько на фактической (понятие «доминирующее положение») зависимости, связанной со структурой релевантного рынка. Это предопределяет и особые функции данного понятия как элемента юридического состава.

Анализ этой и других норм гражданского корпоративного права позволяет со всей очевидностью заключить, что цель данной нормы - защита интересов участников зависимого общества. На это направлены и правовые последствия, связанные с такой зависимостью, в частности, обязанность незамедлительно опубликовать сведения о приобретении соответствующего пакета акций или доли.

Другой пример того, как гражданское право учитывает зависимость участников рынка – это ст. 426 ГК РФ. Появление данной статьи разработчиками и комментаторами гражданского законодательства мотивируется необходимостью защитить экономически слабую сторону договора. Но и здесь мы не находим искомого объекта защиты - конкуренции. Так, публичный договор устанавливает обязанности коммерческой организации по продаже товаров (выполнению работ или оказанию услуг), которые такая организация по характеру своей деятельности должна осуществлять в отношении каждого, кто к ней обратится. В связи с этим очевидно, что данная норма стремится защитить потребителей, оградив их в общественно-значимых сферах от дискриминации в отношении заключения и содержания соответствующего договора (п.1-2 ст.426 ГК РФ).

В итоге ни одна из упомянутых статей10, касающихся зависимости субъектов рынка, не обнаруживает в качестве объекта охраны институт конкуренции. Следовательно, они не могут использоваться как специально сконструированное правовое средство для защиты этого института, хотя и способны косвенно ей содействовать. Их применение тесно связано с категорией субъективного права, что сужает (по сравнению с положениями Закона о защите конкуренции) круг субъектов, имеющих возможность воспользоваться этими средствами. Всё это демонстрирует тот факт, что положения конкурентного права об экономической зависимости оправдывают своё существование и уж во всяком случае, не представляются избыточными на фоне норм гражданского права.

В свою очередь конкурентное право привносит в идею об экономической зависимости и власти специфические юридические элементы. Так, конкурентное право не просто отрицательно оценивает концентрацию экономической власти, но и нормативно (или с помощью судебной практики) закрепляет пределы её ограничения. Важнейшим среди них является степень рыночной власти (market power), которую должен иметь субъект, чтобы его поведение могло подпадать под действие запретов конкурентного права11.

Однако правоприменительные органы нуждаются в средствах и объективных критериях конкретизации признаков такой экономической власти. Для решения этой проблемы используются предметные критерии доминирующего положения на рынке, правила о которых унифицированы в российском Законе о защите конкуренции12.

Предметные показатели доминирования подразделяются на качественные и количественные. Качественным критерием служит обладание хозяйствующим субъектом рыночной властью, которая устанавливается применительно к релевантному рынку (по принципу «нет конкретного рынка – нет доминирования»13).

В качестве количественного индикатора доминирования может выступать значительная доля хозяйствующего субъекта на соответствующем рынке. Но сама по себе рыночная доля не может считаться достаточным условием, которое позволяет повысить цены выше конкурентного уровня14. Чем меньше эластичность спроса и предложения, тем меньшая доля необходима для превышения конкурентного уровня цен. Соответственно, чем выше эластичность спроса, тем меньшей экономической властью обладает субъект на рынке15. Отечественный законодатель отразил этот факт в понятии «доминирующее положение» и в правилах о доказательственных презумпциях (ч.1-4 ст. 5 Закона о защите конкуренции).

Основой для применения данных презумпций в сфере доказывания является базовый норматив доминирующего положения - доля, составляющая 50 процентов рынка (ч.1 ст. 5 Закона о защите конкуренции). Но в Законе о защите конкуренции законодатель допустил очевидную погрешность. Доля, составляющая ровно 50 процентов рынка, не отнесена законодателем ни к одному из нормативно закрепленных условий. В будущем предстоит внести соответствующие изменения в п.1 ч.1 ст. 5 Закона о защите конкуренции. Отечественная модель распределения доказательственной презумпции была зафиксирована в антимонопольном законодательстве России и до октября 2006 года. Корректировки коснулись главным образом верхнего норматива доминирования, который с 65 процентов рынка был снижен до 50.

Если за основу классификации взять источник экономической власти и зависимости, то можно констатировать, что в российском и европейском конкурентном законодательстве идея экономической зависимости и власти детализируется по двум основным направлениям. Речь идет о:

1) зависимости субъектов в силу внутренних (формальных) факторов;

2) зависимости субъектов в силу внешних (экономических) факторов.

Последовательно рассмотрим оба этих вида зависимости, релевантных для современного конкурентного права.


^ 3. Внутренняя зависимость экономических субъектов

Внутренняя зависимость отражается в российском антимонопольном законодательстве с помощью понятий «хозяйствующий субъект» и «группа лиц»16. При этом в отечественном Законе о защите конкуренции не столько дается легальное определение категории «хозяйствующий субъект», сколько приводится перечень возможных хозяйствующих субъектов (п.5 ст.4 Закона о защите конкуренции). Из этого перечня следует, что речь в нём идет о лицах, обладающих статусом субъекта предпринимательской деятельности (ст.23 и 50 ГК РФ).

Примеры данной практики определения субъектов правонарушения имеют место за пределами антимонопольного законодательства. Например, в соответствии со ст.2.1 и 2.4 Кодекса РФ об административных правонарушениях (КоАП РФ) субъектами административного правонарушения являются юридические лица (коммерческие и некоммерческие организации) и лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица. Для определения состава административного правонарушения в области предпринимательской деятельности17 и реализации задач законодательства об административных правонарушениях такого перечня вполне достаточно. Однако этого далеко не достаточно в сфере антимонопольного законодательства.

Дело в том, что конкуренция является, прежде всего, экономическим понятием. Не смотря на упоминание о хозяйствующих субъектах в п.7 ст. 4 Закона о защите конкуренции, оценка конкуренции не может быть жёстко увязана со статусными характеристиками субъектов экономической активности. Если бы определение субъекта доминирования зависело от их правового статуса, то это обстоятельство не позволило бы правильно определить экономические характеристики положения такого субъекта на релевантном рынке. В этой связи возникает вопрос: каким образом российскому законодателю удалось совместить привязку доминирующего субъекта к формальному статусу предпринимателя с целями конкурентного права?

В этом случае необходимо было прибегнуть к таким правовым средствам, которые позволили бы в необходимых случаях нейтрализовать привязку к формальному статусу. В российском антимонопольном законодательстве таким средством является категория «группа лиц», унифицированная в Законе о защите конкуренции. Этот закон исчерпывающим образом перечисляет основания для признания юридических и (или) физических лиц участниками группы лиц, которые насчитывают 14 юридических фактов (в ранее действовавшем антимонопольном законодательстве России содержалось 10 оснований).

Отмеченные выше проблемы, связанные с определением и соотношением понятий «хозяйствующий субъект» и «группа лиц», не свойственны европейскому конкурентному законодательству. В нём применяется предельно общий экономико-правовой термин «предприятие» (l'entreprise, das Unternehmen), охватывающий обширную сферу участников рыночного взаимодействия. Так, французские специалисты рассматривают предприятие как экономически индивидуализируемую реальность (entité), осуществляющую экономическую деятельность на рынке18. Тем самым подчеркивается независимость проблемы определения предприятия от юридического статуса, принадлежности к кругу коммерсантов и формы собственности. В противном случае экономическое содержание конкурентного права растворилось бы в формально-юридических вопросах правового статуса. Поэтому, если отечественный законодатель придает термину «хозяйствующий субъект» исключительно собирательное значение и связывает его с правовым статусом субъектов предпринимательства, то с точки зрения европейского конкурентного законодательства понятие «предприятие» имеет существенное содержательное значение19. В силу указанных выше недостатков отечественный подход следует признать как минимум нерациональным.


^ 4. Внешняя зависимость экономических субъектов

Внешняя зависимость отражается в отечественном и европейском конкурентном законодательстве с помощью понятия «доминирующее положение»20. Толкование термина «доминирующее положение (доминирование)» с использованием словарей русского языка позволяет выявить главное его назначение - отразить свойство преобладания или господства чего-либо над чем-либо21. Аналогичное значение он имеет и в других языках22. И хотя в отечественной судебной практике применение данного термина не ограничивается только одной отраслью антимонопольного законодательства, всё же главной сферой его использования является именно конкурентное право.

Следует обратить внимание, что в сфере антимонопольного регулирования акцент делается не только на субъекте господства, но и на том, где именно проявляется такое доминирование. Например, в § 19 немецкого Закона против ограничения конкуренции (Gesetz gegen Wettbewerbsbeschränkungen)23 при описании доминирования законодатель указывает, что оно должно иметь место на определенном рынке (Marktbeherrschung), то есть относительно конкретных субъектов и объектов. В ст. L.420-2 Торгового кодекса Франции (Code de commerce)24 речь также идет о доминирующем положении на рынке (la position dominante sur le marché). Таким образом, наряду с доминирующим субъектом предполагается наличие иных хозяйствующих субъектов, у которых отсутствует господствующее положение (зависимые субъекты), и самого рынка, в рамках которого действуют доминирующие и зависимые субъекты.

Категория доминирующего положения применяется в определенном юридическом контексте для описания релевантных с правовой точки зрения фактов экономической действительности и имеет правовое значение с точки зрения установления полного юридического состава одной из форм монополистической деятельности хозяйствующих субъектов - злоупотребления доминирующим положением на соответствующем рынке. Кроме того, понятие «доминирующее положение» применяется с целью указания на особое положение крупного предпринимателя, которым он обладает по отношению к другим предпринимателям и потребителям, поскольку имеется в виду не просто о доминировании, но господство на рынке определенных товаров (работ, услуг).

Категория «доминирующее положение на рынке» используется в качестве специального признака для квалификации антиконкурентной практики в законодательстве многих европейских государств (например, в конкурентном праве Франции, Германии, Швейцарии) и Европейского Союза. В американском антитрестовском праве законодатель непосредственно не использует термин «доминирующее положение», но применяет для обозначения аналогичного явления в американском антитрестовском праве (Sherman Act) особый глагол «монополизировать» (monopolize). При этом в специальной литературе по антитрестовскому праву США зачастую фигурирует европейское понятие «доминирующее положение»25. И это не случайно, поскольку при оценке степени монополизации рынка перед американскими специалистами встают те же проблемы, что и перед европейскими специалистами применительно к доминированию. Важнейший среди них – вопрос о степени рыночной власти, которую необходимо учитывать при квалификации антиконкурентных правонарушений26.

В этом смысле связующим звеном между экономическими и юридическими аспектами описания и установления доминирующего положения на рынке является теория рыночной власти. Юридическое содержание категории «доминирующее положение» основывается на постулатах этой экономической теории, которая впервые была нормативно закреплена в американских антитрестовских актах и в дальнейшем развита (путём толкования) судебной практикой.

Таким образом, теория экономической власти является основанием конкурентного права неслучайно. Она позволяет обосновать средства защиты главного объекта охраны такого права – института конкуренции. Но конкурентное законодательство не только не является пассивным проводником этой идеи, но и насыщает её юридическими характеристиками, которые адекватны целям и объектам защиты.


Список литературы:

Бём Ф. Частноправовое общество и рыночная экономика// Теория хозяйственного порядка. М., 2002. С. 216.

Ойкен В. Основы национальной экономии. М., 1996. С. 258.

Тотьев К.Ю. Конкурентное право. М., 2003. С.60-92.

Тотьев К.Ю. Критерии доминирующего положения: отечественная практика применения на фоне зарубежного опыта//Закон. 2008. № 2. С. 147-154.

Kling/Thomas. Grundkurs Wettbewerbs- und Kartellrecht. München, 2004. S. 273.

Landes W.M., Posner R.A. Market power in antitrust cases// Harvard Law Review. 1981. Volume 94. Number 5. P. 937.

Frison-Roche M.-A., Payet M.-S. Droit de la concurrence. Paris, 2006. P. 119.

Pédamon M. Droit commercial. 2-e édition. Paris, 2000. P. 317.

1 Индивидуальный исследовательский проект № 07-01-82 «Экономическая зависимость и её экономико-правовое значение в российском и европейском законодательстве о конкуренции» выполнен при поддержке ГУ-ВШЭ.

2 Собрание законодательства РФ. 2006. № 31 (часть 1). Ст. 3434.

3 См.: Ойкен В. Основы национальной экономии. М., 1996. С. 258; Ойкен В. Основные принципы экономической политики. М., 1995. С. 249.

4 См.: Ойкен В. Основы национальной экономии. М., 1996. С. 252.

5 См.: Landes W.M., Posner R.A. Market power in antitrust cases// Harvard Law Review. 1981. Volume 94. Number 5. P. 937; Frison-Roche M.-A., Payet M.-S. Droit de la concurrence. Paris, 2006. P. 119; Conseil de la concurrence/ Rapport annuel. 2001. 2-e partie. Études thématiques. Titre 1. Le marché pertinent.

6 См.: Kling/Thomas. Grundkurs Wettbewerbs- und Kartellrecht. München, 2004. S. 273.

7 Бём Ф. Частноправовое общество и рыночная экономика// Теория хозяйственного порядка: «Фрайбургская школа» и немецкий неолиберализм. М., 2002. С. 216; Ойкен В. Основы национальной экономии. М., 1996. С. 253.

8 Бём Ф. Частноправовое общество и рыночная экономика// Теория хозяйственного порядка: «Фрайбургская школа» и немецкий неолиберализм. М., 2002. С. 216.

9 См., например: Григораш И.В. Зависимые юридические лица в гражданском праве. М., 2007. С. 19, 71.

10 Можно привести и другие примеры гражданско-правового регулирования зависимости. Так, обязательственное право посвящено проблематике внешнего контроля над отдельными действиями субъектов правоотношений.

11 См.: Andersen W.R., Rogers III C.P. Antitrust Law: Policy and Practice. N.Y., 1999. P. 60-61; Hylton K.N. Antitrust Law. Economic Theory and Common Law Evolution. Cambridge, 2003. P. 186-187.

12 См.: Тотьев К.Ю. Конкурентное право. М., 2003. С.60-92; Тотьев К.Ю. Критерии доминирующего положения: отечественная практика применения на фоне зарубежного опыта // Закон. 2008. № 2. С. 147-154.

13 Gavalda Ch., Parleani G. Droit des affaires de l'Union europénne. Paris, 2006. P., 373.

14 См.: Landes W.M., Posner R.A. Market power in antitrust cases// Harvard Law Review. 1981. Volume 94. Number 5. P. 952-960.

15 См.: Ойкен В. Основы национальной экономии. М., 1996. С. 257.

16 См.: Тотьев К.Ю. Состав злоупотребления доминирующим положением: между унификацией и дифференциацией//Законодательство и экономика. 2008. № 1. С. 5-11.

17 За исключением следующих положений: ст. 14.1, 14.31-14.32 КоАП РФ.

18 Pédamon M. Droit commercial. 2-e édition. Paris, 2000. P. 317; Ripert G., Roblot R. Traité de droit commercial. Tome 1, Volume 1. 18-e édition. Paris, 2001. P. 718-719; Frison-Roche M.-A., Payet M.-S. Droit de la concurrence. Paris, 2006. P.43.

19 См.: Kovar R. Code européen de la concurrence. P., 1996. P. 7-8.

20 Подробнее см.: Тотьев К.Ю. Критерии доминирующего положения: отечественная практика применения на фоне зарубежного опыта//Закон. 2008. № 2. С. 147-154.

21 См.: Толковый словарь русского языка// Под ред. Д.Н. Ушакова. Т. I. М., 1996. С. 762.

22 Longman dictionary of contemporary English. L., 2001. P. 400; Duden. Deutsches Uneversalwörterbuch. Mannheim, 2003. S. 250; Le petit Larousse illustré. Paris, 2006. P. 376.

23 Wettbewerbsrecht und Kartellrecht. München, 2005. S. 238-239.

24 Code de commerce. 102-e édition. Dalloz. P., 2007. P. 542.

25 См.: Hylton K.N. Antitrust Law. Economic Theory and Common Law Evolution. Cambridge, 2003. P. 188.

26 См.: Utton M.A. Market dominance and antitrust policy. Aldershot, 1995. P. 45; Hylton K.N. Antitrust Law. Economic Theory and Common Law Evolution. Cambridge, 2003. P. 186-187; Andersen W.R., Rogers III C.P. Antitrust Law: Policy and Practice. N.Y., 1999. P. 60-61.




eho-eho-moskvi-20012009-1900-diplom-v-rassrochku-12.html
eho-eho-moskvi-29052009-0600-vzaimodejstvie-gosdumi-s-federalnimi-organami-7.html
eho-moskvi-22042004-intervyu-204700-ganapolskij-matvej-tv-11-1-kanal-23-04-2004-novosti-3-00-00-11.html
eho-moskvi-eho-01032005-130000-eho-moskvi-eho-01-03-2005-13-00-00-11-mayak-novosti-01-03-2005-15-00-00-12.html
eho-moskvi-eho-04122007-1400-2200-gosduma-rf-monitoring-smi-5-dekabrya-2007-g.html
eho-moskvi-eho-06072007-koroleva-marina-1000-gosduma-rf-monitoring-smi-7-9-iyulya-2007-g.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/spisok-uchastnikov-ii-mezhdunarodnogo-konkursa-pianistov-im-s-nejgauza.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/metodika-razrabotki-fondov-ocenochnih-sredstv-osnovnoj-professionalnoj-obrazovatelnoj-programmi-na-osnove-fgos-stranica-5.html
  • school.bystrickaya.ru/glava-15-teoriya-vsego-aleks-vilenkin-mir-mnogih-mirov-fiziki-v-poiskah-parallelnih-vselennih-perevod-s-anglijskogo.html
  • institute.bystrickaya.ru/glava-4-mihail-uspenskij.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/skazka-v-kontekste-narodnoj-kulturi-v-i-konovalova-direktor-nauchnoj-biblioteki-ntgspa.html
  • uchitel.bystrickaya.ru/publichnij-otchet-mou-streleckaya-srednyaya-obsheobrazovatelnaya-shkola-yakovlevskogo-rajona-belgorodskoj-oblasti-za-2010-2011-uchebnij-god-stranica-3.html
  • uchit.bystrickaya.ru/svedeniya-o-srednej-nagruzke-na-odnogo-rabotnika-po-fakticheski-vipolnennomu-v-otchetnij-period-obemu-funkcij-po-kontrolyu-v-tom-chisle-razreshitelnoj-i-registracionnoj-deyatelnosti.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/osnovi-zhivotnovodstva.html
  • lecture.bystrickaya.ru/5informacionnaya-tehnologiyasistemi-upravleniya-bazami-dannih-kompyuternoe-deloproizvodstvo.html
  • thesis.bystrickaya.ru/povestka-dnya-zasedaniya-vklyuchala-sleduyushie-voprosi.html
  • literature.bystrickaya.ru/dppf11-psihologicheskoe-konsultirovanie-zadachi-professionalnoj-deyatelnosti-vipusknika-5-trebovaniya-k-rezultatam.html
  • doklad.bystrickaya.ru/v-gostyah-u-skazki.html
  • report.bystrickaya.ru/issledovanie-obshestvennaya-podderzhka-nko-v-rossijskih-regionah-problemi-i-perspektivi.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/urok-dlya-obuchayushihsya-8-klassa-aktualen-i-dlya-9-klassnikov-pered-izucheniem-temi-elektromagnitnaya-indukciya-celi-uroka-obuchayushaya-izuchit-vspomnit-i-povtorit.html
  • student.bystrickaya.ru/2-parametri-kontroliruemie-vps-cnii-4-poyasnitelnaya-zapiska-k-novoj-redakcii-tu-po-ispolzovaniyu-informacii-vagonov-cnii-4.html
  • pisat.bystrickaya.ru/subbotnij-den-bolshinstvu-rossiyan-pridetsya-provesti-na-rabote-vzaimodejstvie-gosdumi-s-federalnimi-organami-10.html
  • reading.bystrickaya.ru/metodicheskie-rekomendacii-dlya-vipolneniya-kontrolnoj-raboti-2-leksicheskie-temi.html
  • zadachi.bystrickaya.ru/osnovnie-trebovaniya-logistiki.html
  • school.bystrickaya.ru/birzha-chast-3.html
  • knigi.bystrickaya.ru/specifikaciya-na-postavlyaemij-tovar-konkursnaya-dokumentaciya.html
  • obrazovanie.bystrickaya.ru/proekt-prodvizhenie-vistavki-i-prezentacii.html
  • write.bystrickaya.ru/generalnoe-soglashenie-po-tarifam-i-torgovle-1994-goda.html
  • upbringing.bystrickaya.ru/mamina-dochka-utoli-moya-pechali-utoli.html
  • grade.bystrickaya.ru/monah-pavel-evergetin-evergetin-tom-1-chast-2-stranica-10.html
  • shkola.bystrickaya.ru/prometej-skryabina-sveto-muzikalnaya-koncepciya-chast-3.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/specialnaya-medicinskaya-gruppa-obrazovatelnaya-programma-mou-sosh-5-shkola-zdorovya-i-razvitiya-na-2011-2012-uchebnij.html
  • writing.bystrickaya.ru/m-3-eds-v-diplomnaya-rabota.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/utverzhdeno-postanovleniem-pravitelstva-respubliki-tadzhikistan-ot-30-06-2007-goda-stranica-56.html
  • abstract.bystrickaya.ru/11-kachestvo-nauchno-issledovatelskoj-i-nauchno-metodicheskoj-deyatelnosti-o-rezultatah-samoobsledovaniya.html
  • znanie.bystrickaya.ru/anketa-yavlyaetsya-dobrovolnoj-hotya-informaciya-osobenno-ob-oblasti-vashih-issledovatelskih-prioritetov-iz-nee-ispolzuetsya-pri-opredelenii-zadanij.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-specialnost-080105-finansi-i-kredit-080109-buhgalterskij-uchet-analiz-i-audit-stranica-6.html
  • uchit.bystrickaya.ru/tablica-4-metodicheskie-ukazaniya-po-vipolneniyu-samostoyatelnoj-raboti-po-discipline-opd-07-teoriya-buhgalterskogo.html
  • paragraf.bystrickaya.ru/zhambil-obilisi-bajza-audani-sidi-ablanov-atindai-orta-mektebn-9-sinip-oushisi-zhnsova-asaan-ajratizi-zhetekshs-dzhuzdikbaeva-hafuza-uskenbaevna-tairibi-ailshin-zhne-aza-maal-mteldern-etnolingvistikali-sipati.html
  • paragraf.bystrickaya.ru/vyazkost-pri-prodolnom-techenii-chast-4.html
  • institute.bystrickaya.ru/f-engels-dialektika-prirodi-stranica-23.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.